Лягушка в молоке [СИ] - Анастасия Анфимова

Тот дёрнулся. Удовлетворённо кивнув, заморец вывернув ему руки, ловко связал их коротким ремешком. Перевернув охотника на спину, тихо спросил:

— Зачем ты явился в мой вигвам.

— Ты не сделал мне ничего плохого, Отшельник, — спокойно, как будто не чувствуя ожога, ответил Прыжок Льва. — Но Бледная Лягушка убила Упрямую Веточку и должна умереть.

— Она не убивала дочь вождя, — печально вздохнул старик. — Это сделал помощник Колдуна.

— Ты врёшь, — покачал головой собеседник, тут же скривившись от боли.

— Помощник Колдуна подглядывал из кустов за вашим свиданием, — спокойно продолжал заморец. — А когда ты ушёл, убил Упрямую Веточку. Потому что она ему тоже очень сильно нравилась.

Он крикнул лежащему в стороне юноше:

— Ведь это так?

Тот не ответил.

— Так, — вяло подтвердила Фрея, поднимая голову и вспомнив неожиданную встречу у вигвама «рысят». — Он часто приходил вечерами в наше стойбище.

— Как можно тебе верить? — фыркнул Прыжок Льва.

— Хочешь сказать, что этот никчёмный мальчишка не мог даже помышлять о такой красавице, как дочь Белого Пера? — ядовито усмехнулся старик.

— Конечно, — пожал плечами аратач. — Такие девушки становятся жёнами только настоящих охотников!

При этих словах помощник Колдуна дёрнулся, но промолчал, хотя девушке показалось, что она слышит скрип его зубов. Уловил это и Отшельник. Только Прыжок Льва предпочитал ничего не замечать.

— Если Упрямая Веточка не нравилась этому мальчишке, почему же именно он предложил вам за неё отомстить? — насмешливо хмыкнул заморец.

— Не знаю, — впервые слегка смутился охотник.

— И он сказал, что сделать это надо тайно, — продолжал старик.

— Он говорил, что старейшины ошибаются, — пробубнил Прыжок Льва. — Что Бледная Лягушка прикрылась магией, а Колдун слишком стар, чтобы её разглядеть.

— А про Глаз Гневной Матери вы узнали, наверное, только вчера? — участливо вздохнул Отшельник, с жалостью глядя на аратача. — Возвращаться назад было уже поздно, поэтому вы решили найти его сами?

Отпрянув, молодой охотник посмотрел на него с суеверным страхом.

— Откуда ты знаешь?!

— Ты забыл, что я тоже кое-что понимаю в магии, — снисходительно похлопав его по плечу, Отшельник встал. — Поэтому я никогда не взял бы Глаз Гневной Матери. Ты мне веришь?

— Тебе верю, нехотя буркнул Прыжок Льва. — А ей…

Он кивнул на притихшую девушку.

— Нет! Она способна на такое подлое дело. А ты мог ничего не знать.

Скорбно покачав головой, старик посмотрел на Фрею.

— Надо поговорить.

Громко высморкавшись, та кивнула. Но, увидев возле ворот обгорелое тело Одинокого Ореха, отвернулась, чувствуя знакомое приближение дурноты.

Приятели оттащили «рысёнка» в сторону, бросив у стены. Он лежал, обратив к небу чёрно-красное, лишённое глаз и кожи лицо, а сквозь прогоревшую кожу кое-где белели обнажённые рёбра.

— Это ты его? — равнодушно поинтересовался озабоченный Отшельник.

— Что? — встрепенулась она, стараясь лишний раз не смотреть в сторону того, что осталось от несчастного парня. — Нет! Он сам упал в костёр.

Фрея всхлипнула, морщась от упрямо заползавшего в нос запаха горелой кожи и мяса. — Я только ударила его копьём.

— Как это случилось? — живо поинтересовался старик, выводя её со двора, но продолжая следить за пленниками через дверной проём.

Девушка в двух словах рассказала, как пробовала стрелять из лука, как заявился гость, едва не попав под стрелу. О своих истериках она благоразумно промолчала, зато поинтересовалась:

— Мы их убьём?

— Не хотелось бы, — озабоченно потрепал обгорелую бороду заморец. — Иначе нам не доказать твою невиновность?

— Как же теперь ты хочешь это сделать? — криво усмехнулась Фрея.

— Так же как и раньше, — мрачно буркнул старик. — К Колдуну надо идти.

— Иди, — пожала плечами собеседница.

— А ты с ними справишься? — Отшельник кивнул в сторону двора. — Меня долго не будет.

— Долго — это сколько? — прежде чем ответить, решила уточнить девушка.

— Если поторопиться, за пару дней доберусь, — начал считать заморец. — День там, два назад. Ну и ещё один на всякий случай.

Представив, что придётся провести целых шесть дней рядом с людьми, готовыми тебя убить, Фрея поёжилась.

— Может, клетку какую-нибудь сделать? — предложила она.

— Времени нет, — покачал головой собеседник. — Выходить надо прямо сейчас. Если Одинокий Орех отпросился у вождя, его не сразу не хватятся. Прыжок Льва — охотник, его тоже долго искать не будут. А помощник у Колдуна один. И толстяк без него уже не обойдётся. Поняла?

— А если их всё-таки убить? — просительно посмотрела на своего спасителя Фрея. — Скажем, что погибли при нападении. Ну, сами же виноваты!

— Тогда и нам придётся уходить, — усмехнулся заморец. — Четырёх убитых соплеменников Дети Рыси не простят.

— Но ведь тела можно и того… — она замялась. — Спрятать куда-нибудь. В озере утопить или закопать поглубже.

— Не ожидал от тебя такой кровожадности, — настороженно нахмурился Отшельник. — Если не боишься мести… духов, то вспомни, как аратачи искусно ищут следы. Даже дождь не смоет сожжённую дверь. И как им всё это объяснять? Да и Глаз Гневной Матери надо вернуть. Эта… вещь должна находиться на своём месте. Иначе её проклятие будет преследовать нас всю жизнь.

— Тогда, конечно, иди, — вздохнула девушка и тут же озабоченно добавила. — Только ты, наверное, очень устал? Может, отдохнёшь, хотя бы до утра?

— Я не так стар, как тебе кажется, — обиделся заморец, хотя именно сегодня морщины как-то особенно резко выделялись на загорелом лице. — Значит, остаёшься с ними?

— Да, — решительно кивнула Фрея. — Только их надо покрепче связать. Пусть валяются под навесом.

— Рискованно, — нахмурился Отшельник. — Тебе придётся время от времени их развязывать или хотя бы ослаблять ремни. Иначе они могут остаться без рук и ног.

— Вот свинство! — выругалась она по-русски. — Я боюсь.

— Тогда иди к Колдуну, — невозмутимо предложил старик.

— Я никогда у него не была, — растерянно пробормотала Фрея, поёживаясь от одной мысли об одинокой прогулке по здешним дебрям.

— Ты знаешь, где стойбище рода Белых Рысей?

— Была как-то раз, — пробормотала девушка.

— Озеро, мимо которого проходили, помнишь?

— Помню, — кивнула она.

— На берегу есть скала вот такой формы, — собеседник изобразил что-то отдалённо напоминающее пирамиду.